Виговська

Родина Захисників: хто подарував Кролевцю танк Т-34?

 Поділитися

Поділитися в

«У дитинстві ми з сестрою кожне літо проводили у бабусі та дідуся на хуторі Боцманів (в лісах між Андріївкою та селом Добротово). Домашнє господарство, щедрий ліс повен грибів, ягід, горіхів, пишний луг, на якому випасались кози. У передній кімнаті невеличкого будинку стояв (і досі стоїть) добротний дубовий стіл. На ніжках стола є дивні зарубки. Ми, малі діти, допитувалися у дідуся, що воно таке. Він віднікувався, не хотів нас лякати, але на соте запитання з болем і тривогою в очах відповів: «Тут був прив’язаний фашист». Зараз ми вже дорослі, у нас інші прізвища і за вікном інше тисячоліття, але є речі, про які не варто забувати. Як сказав Платон: «Народ, який не знає або забув своє минуле, не має майбутнього», – так до редакції нашого видання, напередодні великого свята Перемоги, звернулися рідні захисників Кролевеччини.

Гудименко Ю.О. поділилися невигаданою історією про одну родину, її родину, яка виховала для світу чотирьох мужніх захисників. Цю історію розповіла їм донька одного із захисників Кролевеччини, Дмитрусенка Степана МаксимовичаДмитрусенко Ніна Степанівна.  На жаль, сьогодні мало хто знає, що саме Степан Максимович надіслав до Кролевця танк Т-34, який зараз встановлений на Привокзальній площі.

Пам’ять –  річ дуже вперта. Кожен спогад, кожне свідчення мають значення.

СЕМЬЯ ЗАЩИТНИКОВ

Глава большой семьи – Дмитрусенко Максим Порфирьевич (1892-1979 г.), уроженец села Обтово Кролевецкого района. Перед войной он работал звеньевым в колхозе на хуторе Боцманово. Вместе с супругой Ефросинией Павловной они воспитывали пятерых детей, приучали их к крестьянскому труду. Но 22 июня 1941 года всё оборвалось.

К началу осени на Сумщине было сформировано партизанское Соединение. Возглавил его Сидор Артемьевич Ковпак. Основу всех четырёх отрядов составляли офицеры и солдаты Красной Армии, которые с боями выходили из окружения и скрывались в местных лесах. У них было стрелковое оружие, но катастрофически не хватало тёплой одежды, продовольствия, медикаментов. А главное – нужно было знать о передвижениях живой силы и техники врага, чтобы наносить удар с тыла. Подпольное руководство области обратилось за помощью к местным активистам.

У Максима Порфирьевича были свои причины ненавидеть захватчиков: в молодости, во время Первой мировой войны, он получил тяжёлое ранение в правое плечо на германском фронте, поэтому, не раздумывая, вступил в Кролевецкий партизанский отряд, а с ним вместе и младший сын Степан, совсем ещё подросток.

Хата стояла на краю хутора Боцманово, возле леса, заросшего густой лещиной. Это давало возможность незаметно приводить домой бойцов: накормить, обогреть, перевязать. Тем более, что подразделение вражеских регулярных войск окопалось за 4 км., в селе Андреевка. Да и полицаев, слава богу, на хуторе не было. Зато жили соседи, которые откликались на любые просьбы и отдавали последний кусок хлеба партизанам ради общей победы.

Однако, как выяснилось были и предатели. 20 декабря 1941 года кто-то донес.

Плотная цепь карателей шла через весь луг. В зимних сумерках заметили не сразу. Завязался бой. В саду погиб партизан-пулемётчик. В хате лежал убитый фашист. Враги лютовали, угрожали сжечь хутор до тла.

Моя вторая бабушка, Рыбалка Евдокия Тимофеевна, до войны была хорошо известна в районе: звеньевая колхоза, стахановка, депутат райсовета, народный заседатель в суде. Она не любила вспоминать подробности, как удалось отвести ту страшную беду. Точно знаю, что хутор Боцманово уцелел благодаря заступничеству жены Кролевецкого бургомистра, с которой бабушка была знакома много лет. Зато староста Андреевки вместе с полицаями трижды водил ее на расстрел и ставил на краю вырытой могилы. Так устрашал и мстил за спасение хутора, но не решился свое черное дело довести до конца.

Ещё беда: после боя исчез Степан. Видели, как выскочил из хаты вместе с пулемётчиком. Надеялись, что успел уйти в отряд. Но через два дня пришел сосед, Родион Бутенко, и рассказал, что Стёпа приполз к нему ночью и сейчас лежит в сарае. Рана на пояснице такая, что нужна срочная операция. Потерял много крови. Не известно, выживет ли.

Но выжил! Я всю жизнь преклоняюсь перед бесстрашием и мудростью моей бабушки, Ефросинии Павловны. Она уложила сына на телегу, взяла из дома последнюю перину и поехала в районную больницу. Хорошо знала, что хирург Зеленский в светлых палатах лечит фашистов, а в подвале, рискуя жизнью, оперирует партизан, да ещё и снабжает отряды медикаментами. Сын сам много раз относил. Мадьяр-охранник взял перину и молча пропустил повозку на территорию больницы.

Золотые руки врача плюс молодой организм пациента – и чудо свершилось. Спустя 11 лет Степан, молодой лейтенант-танкист доказывал во всех инстанциях, что хирург Зеленский спасал партизан, что уголовное дело за пособничество оккупантам должно быть немедленно закрыто. Доказал, убедил своим живым примером и всю жизнь вспоминал доктора добрым словом.

А летом 1949 года возле двора Максима Порфирьевича остановилась полуторка, с которой спрыгнули несколько военных. Дома была только молоденькая невестка.

Оказалось, офицеры специально заехали на хутор узнать, что стало с тем отчаянным пареньком, который заменил погибшего бойца, прикрыл их пулеметными очередями и позволил всей группе уйти в лес. Где он теперь? Жив ли он? Надо было видеть искреннюю радость этих взрослых

людей, когда услышали, что Степан служит в Германии, присылает письма чуть ли не каждый день, а это его маленькая дочка (это я была у мамы на руках). Все дружно решили, что ради такого известия можно было сделать крюк и в 10 раз больше.

После снятия оккупации Максим Порфирьевич восстанавливал уничтоженный колхоз. Его боевые и трудовые заслуги были отмечены государственными наградами: Орден Трудового Красного Знамени, медали: «За боевые заслуги», «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 г.», «ХХХ лет победы в Великой Отечественной войне» и другие.

Все дети – четыре сына и дочка – выросли крепкие, жизнерадостные, умели учиться и работать. А ещё создали свой домашний оркестр: скрипка, бубен, гармошка. Их даже на свадьбы стали приглашать, таких красивых и энергичных. Но война перечеркнула молодость.

Старший сын – Дмитрусенко Иван Максимович (1920-1992 г.) до войны работал в колхозе.

Был призван на фронт осенью 1943 года. В тяжелых боях за освобождение Киева был контужен, правая рука покалечена. Больше года валялся по госпиталям. Едва выжил, вернулся инвалидом І-й группы. После войны, пока позволяло здоровье, работал в колхозе в с. Обтово на разных должностях: бригадир, заведующий животноводческой фермой. Награждён Орденом Отечественной войти І степени. Ему всегда тяжело давались воспоминания о военных сражениях.

Второй сын – Дмитрусенко Петр Максимович (1923-1944 г.) до войны закончил 7 классов, учился в техникуме на зоотехника. По мнению семьи, был самый талантливый и красивый, умница, музыкант.

В приказе о награждении медалью «За боевые заслуги» указано в какие деревни красноармеец Дмитрусенко П.М. ворвался первым, сколько уничтожил живой силы врага. Вот так пришлось отложить скрипку, взять в руки пулемёт и гнать, гнать захватчиков с родной земли. В Центральном архиве Министерства обороны среди документов есть карта, на которой отмечен весь его боевой путь в составе 68СД 1-го Украинского фронта. Видно, что иногда бои длились неделями: Конотоп (ранен, после полевого госпиталя долечивался дома и снова на фронт), Белая Церковь, Киев, штурм реки Днепр, Хмельницкий, Тернополь (ранен второй раз), Львов, август 1944 – бои в Польше, с 1 ноября – в Венгрии. Он погиб 25 декабря 1944 года, в день, когда войска замкнули кольцо вокруг Будапешта. Похоронен в одной из Братских могил в селе Алшонемедь, пригороде Будапешта. 30 лет назад воинское захоронение содержалось в образцовом порядке. На высоких стеллах золотом выбиты имена сотен и сотен бойцов Красной Армии. Горсточку земли с этой могилы младший брат привез на кладбище в селе Андреевка, где похоронены отец и мать.

Я никогда не видела, чтобы бабушка пела или громко смеялась, хотя дом был хлебосольным, и на храм собирались многочисленные родственники. Но на ее лице всегда читалась печаль. Она так и не смирилась с этой утратой. Утратой второго сына. Первенца Романа забрал голод ещё до войны.

К младшим сыновьям судьба отнеслась более благосклонно.

На долю Дмитрусенко Степана Максимовича (1928 – 2019 г.) выпала долгая и яркая жизнь, наполненная трудом и испытаниями. Генерал-майор-инженер, инвалид Великой Отечественной войны, член комитета ветеранов войны и военной службы, участник локальных военных конфликтов, он не раз оказывался на волоске от гибели. Но судьба его хранила, как будто для того, чтобы проживал жизнь за себя и за старших братьев.

После войны Степан Максимович работал прицепщиком, помощником тракториста, закончил школу механизации, работал в Кролевецкой МТС, и уже в 18 лет его портрет красовался на районной доске почета. Но ранение давало о себе знать. Первая призывная комиссия забраковала по состоянию здоровья, а через год со всей округи стали собирать грамотных молодых ребят, знакомых с техникой. Во Вьюнсдорфе, пригороде Берлина, формировалась новая Школа танкистов. О медкомиссии никто и не вспоминал.

Начальник Школы, полковник Амазасп Хачатурович Бабаджанян (в последствии – Главный маршал бронетанковых войск) был человеком увлеченным и бесстрашным. Фашисты его прозвали «бешеный Арно». У курсантов он пользовался непререкаемым авторитетом, и сам с большим уважением относился к тем, кто воевал. Некоторым выпускникам Школы А.Х. Бабаджанян рекомендовал учиться дальше. Так Степан Максимович оказался в Киевском танко-техническом училище. Потом была служба в Ленинградском округе, бронетанковая Академия в Москве, Киевский округ, Северная группа войск в Германии, Прикарпатский, Закавказский округа, Главное бронетанковое управление, Афганистан, Ближний восток.

За 40 календарных лет Степан Максимович прошел все инженерно-технические должности в танковых войсках: от механика-водителя танка Т-34 до Начальника управления эксплуатации и ремонта Главного бронетанкового управления Министерства обороны СССР.

Доблесть и безупречная служба на всех постах отмечены многочисленными государственными и ведомственными наградами, как отечественными, так и зарубежными: Орден Отечественной войны І степени; Орден Красной Звезды; Орден Трудового Красного Знамени; Орден Почёта; Орден «Ермак. За заслуги перед Отечеством»; Орден «За храбрость» I степени – высшая награда Сирийской Арабской республики; ордена «За воинскую доблесть» І и ІІ степени (САР). И ещё более 70 медалей и знаков отличия.

Как-то, надевая парадный костюм, он задумчиво произнёс, обращаясь к своей супруге Ольге Михайловне: «А ведь моих наград только половина, остальные – твоя заслуга».

Поженившись до армии, они прошли вместе путь длиной в 70 лет. «Знаю, встретишь с любовью меня, что б со мной ни случилось». Эти пронзительные строки известной песни о них, моих дорогих, незабываемых родителях

Степан Максимович был настоящим лидером: аналитический склад ума, широта интересов, глубокие знания, выдающиеся организаторские способности, потрясающая работоспособность сочетались с обостренным чувством справедливости и врождённым благородством. Он никому не прислуживал. Он самоотверженно служил Родине, которая его вырастила, выучила, дала путёвку в жизнь. За долгие годы произошли встречи с тысячами людей разных национальностей и социального положения, но главное, что он ценил в каждом, — это порядочность и профессионализм, а все остальное – от лукавого.

После выхода в отставку (ещё до распада СССР) Степан Максимович все силы направил на поддержку фронтовиков. В 1995 году в Главном автобронетанковом управлении по его инициативе была создана ветеранская организация, он стал ее душой и генератором идей. Степан Максимович любил Украину, гордился своими земляками. Всегда обращал внимание, что бессменным командующим танковых и механизированных войск в годы ВОВ был маршал Федоренко Я.Н., уроженец Харьковской губернии. Тремя из шести танковых армий в конце войны командовали земляки: маршал Рыбалко П.С., генералы Лелюшенко Д.Д. и Кравченко А.Г. Легендарный танк Т-34 был создан на Харьковском заводе под руководством Главного конструктора Кошкина М.И.

Благодаря кипучей энергии и упорству Степана Максимовича, в знаменитом на весь мир парке «Патриот», появилась аллея бюстов выдающихся танкистов и создателей бронетанковой техники, на домах –  мемориальные доски.

Ветеранская организация добилась, чтобы дочери М. Кошкина, которая была всеми забыта и скромно жила в аварийном доме, администрация города Новосибирска предоставила благоустроенную квартиру. И таких замечательных дел десятки.

Степан Максимович никогда не забывал свои корни. Танк Т-34 на Привокзальной площади в честь освобождения Кролевца доставлен и установлен по его инициативе.

В памяти самого младшего из сыновей – Дмитрусенко Михаила Максимовича (1938 г.р.), война – это голодное детство, страх и слёзы матери. К счастью, его служба в армии проходила в мирное время. Всю жизнь Михаил Максимович прожил в Кролевце, трудился в правоохранительных органах на благо земляков.

 

Якщо Ви знайшли помилку, будь ласка, виділіть фрагмент тексту та натисніть Ctrl+Enter.

comments powered by HyperComments

Повідомити про помилку

Текст, який буде надіслано нашим редакторам: